Первая декада июля 2026 года стала для российского рынка стальной продукции временем настоящего хаоса. Цены на арматуру растут с невероятной скоростью, вплотную приближаясь к максимумам лета 2024 года. Позиция А500С диаметром 12 мм уже может достигать 70 тысяч рублей за тонну, и металл покупают — просто потому, что альтернативы нет.
Внутренний рынок: дефицит и логистический квест
Главными драйверами роста стали не столько ажиотажный спрос, сколько дефицит предложения и серьезные логистические сбои. Бензиновый кризис превратил доставку металла в сложный квест, из-за чего продукция копится на заводах, но не доходит до потребителей вовремя. Металлотрейдеры, пользуясь ситуацией, взвинчивают цены по принципу «неделя год кормит».
При этом видимое потребление стали выросло, став индикатором оживления реального сектора. Источники роста:
- Инфраструктурные проекты: активное строительство дорог, мостов и эстакад требует арматуры, фасонного проката и толстого листа.
- Восстановительные работы: потребность в трубах, сетках и металлоконструкциях для защиты и ремонта объектов.
- Господдержка промышленности: риторика правительства и лично премьера Михаила Мишустина на «Иннопроме» о важности экспорта и поддержки производства начинает материализоваться.
Бюджетный парадокс и спор с Центробанком
Финансовая картина первого полугодия выглядит противоречиво. Расходы бюджета выросли на 16,1%, дефицит увеличился почти на 70%. Однако июнь стал профицитным месяцем благодаря рекордным доходам (3,84 трлн руб.), во многом обеспеченным дивидендами госкомпаний (например, Сбербанка).
На этом фоне обострился конфликт экономических моделей. Правительство пытается стимулировать рост через госрасчеты, в то время как Центральный банк продолжает жесткую политику высоких ставок, считая, что инфляцию можно победить только подавлением спроса. Глава регулятора отвергает опыт США с их низкими ставками и ссылается на Турцию, где высокая ставка — норма. Однако критики указывают: в реальности подавление спроса часто ведет не к снижению цен, а к падению предложения и стагнации, что особенно опасно в условиях дефицита кадров, когда нельзя просто уволить сотрудников, как это делает Volkswagen.
Европа закрывает двери
На внешнем контуре ситуация также накаляется. С 1 июля Еврокомиссия фактически обрубила импорт стали, установив мизерные квоты. Превышение лимита грозит 50-процентными пошлинами, а введение углеродных налогов (CBAM) создает дополнительные барьеры. Европейские производители сами бунтуют против отзыва бесплатных квот на выбросы CO2, называя «зеленую сталь» неподъемно дорогой.
В этих условиях спасательным кругом для российских металлургов становится Иран, который активно закупает российский металл, позволяя компаниям переориентировать потоки с закрытого западного направления.
Итог
Россия оказалась в точке столкновения двух подходов: либерально-рыночного, опирающегося на учебные постулаты, и госкапиталистического, ориентированного на практические нужды. Пока побеждает теория, но реальность в виде дефицита металла, логистических коллапсов и растущих цен заставляет бизнес искать обходные пути. Июль показал: рынок живет по своим законам, которые далеко не всегда совпадают с планами регуляторов.
